Практика европейского суда по правам человека провокация преступления

Содержание

ПРОВОКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ: ПОЗИЦИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Знаменательным прецедентом стало рассмотрение ЕСПЧ в 2005 г.

ECHR — Фильм о Европейском суде по правам человека (Russian version)


жалобы гражданина Г. А. Провокация преступления европейский суд по правам человека в? Ваньяна, в ходе которого суд выявил нарушение части первой ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд установил, что привлечение Ваньяна к уголовной ответственности и его последующее осуждение явилось следствием совершенной сотрудниками органов внутренних дел провокации преступления.

Ключевые слова: Европейский суд по правам человека, судебная практика, оперативно-розыскные мероприятия, оперативный эксперимент, проверочная закупка, провокация преступлений.
Термин «тайный агент использован в Постановлении ЕСПЧ от 15 декабря 2005 г. по делу «Ваньян (Vanyan) против Российской Федерации (жалоба N 53203/99). Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание.

2006. N 7. С. 57, 102 – 116. Провокация преступлений со стороны правоохранительных органов при осуществлении уголовного судопроизводства была и остается актуальной проблемой правовых государств.

Архив меток: провокация

«Обзор апелляционной практики
по уголовным делам за август 2014 года
(подготовлен Верховным судом Республики Коми)

Постановлением Европейского Суда по правам человека (далее – Европейский Суд) от 26 июня 2014 года по делу № 39428/12 «Габлишвили против России» установлено, что исполнение российскими властями постановления городского суда об административном выдворении Габлишвили А. Г. будет являться нарушением статьи 8 Конвенции в связи с несоблюдением права заявителя и его жены Габлишвили И. С. на уважение семейной жизни. Продолжить чтение…

В соответствии с требованиями ст. 6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод», общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате необоснованных действий правоохранительных органов. Результаты ОРМ могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла, направленного на совершение преступления и сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений. В соответствии со ст.

75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми, не имеющими юридической силы и они не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться при доказывании любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. ЕСПЧ начал реализацию опасной для заявителей практики, аналогичной описанной ниже применительно к жалобам на провокацию преступлений, в отношении жалоб на нарушение принципа равенства сторон в связи с отказом национальных судов в обеспечении участия заявителя в слушании (см. п. п. 44—51 Постановления ЕСПЧ по делу «Грязнов против России (Gryaznov v. Russia, жалоба N 19673/03) от 12 июня 2012 года).

Имеющееся у меня соответствующее уведомление ЕСПЧ в отношении такого рода жалобы датировано 27 января 2016 года. Дополнение от 15 февраля 2016 г..

Проблема провокации преступлений сотрудниками правоохранительных органов (по материалам практики Европейского суда по правам человека) Текст научной статьи по специальности — Государство и право

Применение в российском праве решений Европейского Суда по правам человека способствует не только уяснению и единообразному применению на всей территории России правовых норм, но и самое главное — обеспечивает их соответствие европейским стандартам в области прав человека. Подобное значение правовых позиций Страсбургского суда предполагает их знание как правоприменителями, так и частными лицами [10].

В рамках процессуального критерия Европейский суд оценивает процедуру вынесения российскими судами решений по заявлениям о провокации.

При этом Судом отмечается повышенная ответственность российских судов, поскольку в условиях проведения оперативно-розыскных мероприятий без достаточных правовых границ или соразмерных гарантий, рассмотрение судами заявлений о провокации является единственным эффективным способом проверить законность оснований проведения оперативно-розыскных мероприятий [5].

Постановление Европейского суда по правам человека от 22.03.2016 Дело Акулин и другие против России // Российская хроника Европейского Суда. 2016. № 2. Во-первых, необходимо, по нашему мнению, установить уголовную ответственность за провокацию преступлений в целом.

В действующей редакции Уголовного кодекса РФ в ст. 304 установлена ответственность лишь за провокацию взятки либо коммерческого подкупа. Но, полагаем, речь в данной статье идет не о провокации как о побуждении,8.

Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Данные статистики // иИ!: http: //www.cdep.ru/index. php? >

Практика европейского суда по правам человека по вопросу провокации преступления и ее уголовно-правовое значение

Kapinus Oksana Sergeevna, Doctor of Laws, Professor, Dean of Academy of the Prosecutor General’s Office of the Russian Federation, State Counselor of Justice of the 3d Class.

Обобщение прецедентной практики Европейского суда по правам человека позволяет выделить ряд отличительных признаков полицейской провокационной деятельности и выработать критерии ее отграничения от правомерных оперативно-розыскных мероприятий.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 29 октября 2013 г. N 11-Д13-33 // СПС «КонсультантПлюс».

См. также: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 февраля 2013 г. N 81-013-11; Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 июля 2010 г. N 56-Д10-26 // СПС «КонсультантПлюс». Комиссаров В. С., Яни П. С. Провокационно-подстрекательская деятельность в отношении должностного лица как обстоятельство, исключающее ответственность за получение взятки // Законность. 2010.

N 9. С. 3 — 8. Основываясь на правовых позициях Конституционного Суда РФ, а также Постановлениях Европейского суда по правам человека по делу «Ваньян против Российской Федерации» и по делу «Худобин против Российской Федерации», Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ пришла к выводу о том, что «принятие Мустафиным И. М. денежных средств в сумме рублей в результате склонения его к преступлению не может расцениваться как уголовно наказуемое деяние, в этом случае в содеянном отсутствует состав преступления» .

Провокация взятки европейский суд

Как уточняется в документе, жалоба была подана Виктором Веселовым, Максимом Золотухиным и Игорем Дружининым, осужденными в России за сбыт наркотиков.

Значительное количество рассматриваемых в судах уголовных дел в отношении лиц, обвиняемых в преступлениях коррупционного характера или в сбыте наркотических средств, возбуждается в результате оперативно-розыскных мероприятий — преимущественно оперативного эксперимента или проверочной закупки.

Такие рекомендации содержатся в опубликованном высшей судебной инстанции обзоре судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. Рассмотрена судебная практика Европейского суда по правам человека по делам, связанным с провокациями преступлений при проведении оперативно-розыскных мероприятий, оперативный эксперимент и проверочная закупка. По каким критериям можно отграничить правомерное ОРМ от провокации Каким образом власти могут убедительно и доказательно продемонстрировать наличие достаточных оснований для проведения оперативных мероприятий Представленный материал является продолжением опубликованной в предыдущем номере журнала статьи «Отграничение провокации от правомерного оперативно-розыскного мероприятия в практике ЕСПЧ и судов РФ » 1.

Критерии провокации незаконного сбыта наркотиков в решениях Европейского суда по правам человека

Согласно п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основе закона.

Информация о Постановлении ЕСПЧ от 5 февраля 2008 г. по делу «Раманаускас (Ramanauskas) против Литвы» // Бюллетень Европейского суда по правам человека.

2008. N 8.

Часть 3 ст. 1 УПК РФ устанавливает, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства РФ, регулирующего уголовное судопроизводство.

Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные УПК, то применяются правила международного договора. См.: Определение Конституционного Суда РФ от 23 сентября 2010 г. N 1198-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Цехмейструка Анатолия Анатольевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 5, 6 и 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации». Общим требованием Европейского суда является то, что оперативные сотрудники и свидетели, которые могли бы дать показания по вопросу провокации, должны заслушиваться судом, а также подлежать перекрестному допросу стороной защиты или по крайней мере должны быть представлены конкретные причины того, почему этого не было сделано (см. Постановления Европейского суда по делам «Люди против Швейцарии», «Секвейра против Португалии», «Шаннон против Соединенного Королевства», «Балфинский против Румынии», «Кузмицкая против Литвы»).

Провокация преступлений сотрудниками правоохранительных органов

Цель настоящей статьи – дать краткие правовые рекомендации для защиты в рамках уголовного дела, возбужденного в результате провокации преступлений.

Доказательства же, полученные в нарушение закона, являются недопустимыми (статья 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Более того, провокация свидетельствует об отсутствии умысла на совершение преступления.

То есть провокация преступления законодательно признана незаконным методом ведения оперативно-розыскной деятельности.

Однако, несмотря на это, до сих пор очень часто полученные в результате провокации преступления доказательства используются в ходе предварительного следствия, а потом нередко идут в основу обвинительного приговора суда. Европейский суд признал, что по делу Ваньяна имело место нарушение пункта 1 статьи 6 европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 14 ноября 1950 года (принцип справедливого судебного разбирательства). Если какое-либо деяние было совершено в результате провокации, то уголовное преследование лица является незаконным, а доказательства полученные в результате провокации или иной незаконной оперативно-розыскной деятельности – незаконными, то есть не соответствующими пункту 1 статьи 6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод». Какой бы процедуре ни следовали национальные суды, Европейский Суд требует, чтобы она была состязательной, основательной, всеобъемлющей и имеющей определяющее значение по вопросу, связанному с провокацией (пункт 57 постановления от 4 ноября 2010 г.

Хватит лжи! Глобальный Иск в Европейский суд по правам человека шаблон под видео


по делу Банникова против Российской Федерации). Суд в своей прецедентной практике отметил, что оперативные эксперименты необходимо проводить, по существу, пассивно, не побуждая заявителя к совершению преступления при помощи таких средств, как проявление инициативы по установлению контакта с заявителем, настойчивое побуждение, обещание финансовой выгоды или взывание к чувству сострадания заявителя (пункт 54 постановления от 30 октября 2014 г. по делу Носко и Нефедов против Российской Федерации). В деле также изложено особое мнение судьи Пере Пастора Вилановы и присоединившейся к нему Марии Элосеги, которые посчитали, что решение большинства судей по данному делу противоречит ст. 41 Конвенции о присуждении справедливой компенсации и самому прецедентному праву Суда. На протяжении всего предварительного следствия, а также в суде заявитель давал последовательные показания о том, что умысла на сбыт наркотического средства у него не было, что он по просьбе и за деньги гражданина П. приобрел для него марихуану через гражданина С.

Адвокат Лореш Дмитрий Михайлович

Так, сталкиваясь с утверждением о провокации, Европейский Суд, в первую очередь, будет устанавливать, было бы преступление совершено без вмешательства властей.

Что же касается вопроса о том, проводилось ли расследование «преимущественно пассивно», то Европейский Суд, во-первых, рассматривает основания для проведения тайной операции, и, во-вторых, действия властей в ходе ее выполнения.

Что касается органа власти, осуществляющего контроль за тайными операциями, то Европейский Суд указал, что судебный надзор был бы наиболее подходящим средством; однако при надлежащей процедуре и гарантиях могут быть использованы другие средства контроля, например, надзор со стороны прокурора. Практика европейского суда по правам человека провокация преступления? Так, Европейский Суд должен убедиться, обладали ли национальные суды правомочием рассмотреть подобную жалобу способом, совместимым с правом на справедливое судебное разбирательство.

Поэтому он должен проверить, являлась ли жалоба на провокацию основанием защиты[3] в соответствии с национальным законодательством, давала ли основания для исключения доказательств, или могла привести к аналогичным последствиям. Говоря об основаниях для проведения операции, Европейский Суд дает оценку тому, имелись ли объективные подозрения в том, что заявитель участвовал в преступной деятельности или был предрасположен к совершению преступления. Подобные действия сотрудников УФСКН и использование их результатов в уголовном процессе приводят к тому, что непоправимо подрывается принцип справедливости судебного разбирательства. Тесно связанным с критерием объективного подозрения является вопрос относительно этапа, на котором национальные власти осуществляют оперативное мероприятие, то есть просто ли оперативные сотрудники «присоединились» к совершению уголовно наказуемого деяния или спровоцировали его. В деле «Секвейра против Португалии» (Sequeira v. Portugal) (Решение Европейского Суда по жалобе N 73557/01, ECHR 2003-VI) Европейский Суд установил, что подстрекательства со стороны полиции не было, основывая свои выводы на следующих доводах: Заявители были осуждены в 2008 году к лишению свободы за распространение наркотиков.

При этом в ходе рассмотрения дела все они утверждали, что до проведения оперативных мероприятий, положенных в основу обвинения, никогда не занимались преступной деятельностью и если бы не провоцирование со стороны правоохранительных органов, никогда бы не совершили данного преступления. По мнению суда, в делах, где основными доказательствами служат данные оперативных мероприятий, в частности, проверочной закупки, обвинение должно доказать наличие достаточных оснований для проведения таких мероприятий. Европейского суда по правам человека нарушение прав осужденных? Более того, они должны проводиться в основном в пассивной форме. 24 июля 2007 года был принят Федеральный закон №211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму», согласно которому в закон «Об оперативно-розыскной деятельности (статью 5) внесены дополнения, согласно которым органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация). Возникает вопрос – где же граница между провокацией и законными действиями сотрудников правоохранительных органов по работе с оперативной информацией?

Ведь без эффективной и хорошо налаженной оперативно-розыскной деятельности невозможна борьба с преступностью. Как отличать законные оперативно-розыскные мероприятия (например, в форме проверочной закупки или оперативного эксперимента) от провокации?

Практика европейского суда по правам человека провокация преступления

Как показывает практика шанс добиться справедливости есть – по данному поводу имеется устоявшаяся практика Европейского суда по правам человека. Негативность ситуации серьезно усугубляется тем, что суды формально рассматривают доводы о провокации. Часто подробно не исследуют и в приговорах не описывают из каких источников правоохранительные органы получили информацию о преступном поведении Объекта мероприятий, склоняли ли агенты полиции Объекта к преступному поведению.

Несмотря на неоднократные решения Европейского суда, осуждающего провокационные действия полицейских в России и других странах Совета Европы, данная практика в нашей стране продолжает иметь широкое распространение. Судьи Европейского суда по правам человека пошли еще дальше и постановил, что признание вины в связи с уголовными обвинениями не освобождает суд первой инстанции от обязанности рассматривать утверждения о подстрекательстве (Дело Романкаускас против Литвы).

Навязывание со стороны агентов полиции услуг по продаже или покупке наркотиков может привести к пороку со стороны проверяемых граждан, в связи с чем Европейский суд последовательно отстаивает позицию, что для проверочной закупки необходимы предварительные проверенные данные о незаконной деятельности проверяемого.

Провокация преступления правоохранителями

В свою очередь, следует отметить, что в соответствии с украинским законодательством, решения ЕСПЧ являются для украинских судов источником права и подлежат применению для возникающих в судебной практике правоотношений.

Значительной проблемой при этом является необходимость и возможность разграничения действий работников правоохранительных органов – являются ли их действия провокацией? В связи с этим, наверное следует обратить внимание посетителей сайта, в том числе и коллег – адвокатов (как иногда выясняется в ходе процессов, не все адвокаты об этом знают) на одно из Решений Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ), которое еще в 2010 году, в очередной раз, расставило по этому вопросу «все точки над і».

Таким образом, ЕСПЧ этим постановлением фактически утвердил, так сказать, «тест из 2-х частей, который он применяет для того, чтобы отличить провокацию от допустимого поведения правоохранительных органов.

Процедура, в силу которой заявление о подстрекательстве было рассмотреноПервая часть теста заключается в том, что он будет устанавливать, было бы преступление совершено без вмешательства властей.

Провокация: правовои стандарт оценки в практике Европейского суда по правам человека

13 См. Туманов В. А. Европейскии суд по правам человека. Очерк организации и деятельности. М., 2001.

С.107; Алисиевич Е. С. Толкование норм Конвенции Совета Европы о защите прав человека и основных свобод как правомочие Европейского Суда по правам человека. Диссер. канд. юрид. наук. – М. 2006.

С. 79. 14Постановление по делу «Делькур (Delcourt) против Бельгии», от 17 января 1970. Жалоба No 2689/65. § 25.

15Постановление Тексейра де Кастро (TeixeiradeCastro) против Португалии от 9 июня 1998. Жалоба No25829/94. §§ 35-36 и 39.

1Pursuing the Public Interest.A Handbook for Legal Professionals and Activists. Columbia Law School. NY.

2001С. 81-109
2Постановлениеот 9 июня 1998. Жалоба No 25829/94
3Постановлениеот 16 июля 2015. Жалобы NoNo 43490/07 и44304/07.

23Постановление по делу «Веселов и другие против Росси軧 126.
24Постановление по делу «Ваньян (Vanyan) против России», постановление по делу «Лагутин и другие (Lagutinandothers) против России»
25Постановление по делу «Малининас (Malininas) против Литвы»
26Постановление по делу «Банникова (Bannikova) против России».§48В ряде дел Суд признал нарушение только на основании «материального аспекта», как в деле Тексейро де Кастро, или в российских делах Ваньяна и Худобина. Но в тех делах, в которых невозможно было установить, была провокация в отношении заявителей, Суд считает, что процессуальныи аспект становиться решающим при рассмотрении жалобы, как в деле «Эдвардс и Льюис (Edwards and Lewis) против Соединенного Королевства». При рассмотрении дел, связанных с провокацией, судьи Европейского суда чаще всего проявляли единодушие в оценке обстоятельств, будь то, признание нарушения статьи 6 или нет.30 Это свидетельствует о наличии международного консенсуса относительно того, какие формы и техники расследования преступлении и пресечения преступнои деятельности являются недопустимыми.


Читайте другие статьи на сайте:

Уважаемые коллеги, желаю каждому из нас высоко нести звание юриста, неуклонно придерживаясь принципов непредвзятости и объективности!

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.